Кириллу Мазурову 7 апреля исполнилось бы 100 лет

Общество

К.Мазуров

Люди, работавшие достаточно долго в верхах белорусской пирамиды власти, считают этого человека одним из самых выдающихся отечественных политиков ушедшего века. Ни одно крупное экономическое решение, принятое с его участием, сегодня не подвергается критическому пересмотру.

Мемуаристы сходятся в одном: он обладал неоценимой чертой национального характера – не принимать решений сгоряча. Вероятно, это и помогло ему выстроить последовательную политическую карьеру и избегать роковых ошибок на всех поворотах отечественной истории. При той мере ответственности, которую нёс тогда партийный лидер, от него требовались качества менеджера высокого класса, если говорить современным языком.

Биография Кирилла Мазурова – это типичная биография советского партийного и государственного деятеля того времени. В своих мемуарах «Незабываемое» он писал:

«Мы выросли при власти Советов, получили образование в советской школе, прошли трудовую закалку на стройках первых пятилеток, а политическую зрелость обрели в ходе развёрнутой партией коммунистов борьбы против классового врага в годы индустриализации и коллективизации. Личное, хотя и ограниченное возрастом участие в ней способствовало формированию нашего мировоззрения и характера, специфических черт гражданственности нового послереволюционного поколения людей. Это прослеживается и в моей биографии, и в биографиях многих моих товарищей».

Родился Кирилл Трофимович 7 апреля (25 марта по старому стилю) 1914 года в деревне Рудня, что в 10 километрах юго-восточнее Гомеля. В 1933-м окончил Гомельский автодорожный техникум.

И, наверное, не каждый из наших читателей знает, что трудовая биография этого человека вписана и в историю Брагинщины: с 1933 года он работал техником дорожного отдела Паричского райисполкома Бобруйской области, затем – начальником дорожного отдела Комаринского райисполкома Полесской области.

В 1936-1938 гг. – на службе в Советской Армии. После увольнения в запас был инструктором политотдела Белорусской железной дороги в Гомеле. В июле 1939-го выдвинут на работу в Гомельский обком комсомола, где был заведующим отделом по военной работе среди комсомольцев и молодёжи. С марта по сентябрь 1940-го – первый секретарь Гомельского горкома комсомола, затем – первый секретарь Брестского обкома ЛКСМ Белоруссии. За год до войны вступил в члены КПСС.

С первых дней Великой Отечественной Кирилл Трофимович ­– в действующей армии. С сентября 1942-го до конца 1943 года подполковник Мазуров находился на оккупированной врагом территории Белоруссии. Он стал одним из организаторов и руководителей антифашистского патриотического подполья и партизанского движения в Беларуси. Являлся секретарём ЦК ЛКСМБ, уполномоченным Центрального комитета Компартии Белоруссии и Центрального штаба партизанского движения по руководству этим движением и созданию комсомольского подполья в ряде областей республики. Его можно было встретить в партизанских соединениях Минской, Полесской, Пинской, Барановичской и Брестской областей. Был дважды ранен.

По воспоминаниям партизана-подпольщика Емельяна Шурпача, сотрудника «Звязды», Мазуров ни одним жестом никогда не подчёркивал своего высокого положения. Вместе со всеми партизанами жил в тесной землянке среди обширных болот на легендарном острове, где находилась база отрядов Минско-Полесской партизанской зоны. Ел, как и все, скудную «затирку», для вкуса приправленную калийной солью – обычной не было. За годы войны обошёл почти всю Беларусь, побывал почти в каждой комсомольской организации, партизанском отряде. Его всюду встречали как родного, близкого человека, вдумчивого советчика, иногда сурового, но справедливого наставника.

В послевоенные годы Мазуров – первый секретарь ЦК ЛКСМБ, первый секретарь Минского горкома партии, первый секретарь Минского обкома партии. Он был, бесспорно, незаурядной, мыслящей личностью, талантливым организатором. С его именем связаны многие успехи белорусского народа в развитии экономики, науки и культуры в 1953-1965 годах, когда он являлся председателем правительства Белорусской ССР, реабилитация многих партийных и государственных деятелей, минских подпольщиков, партизанских командиров. По мнению бывшего директора Национального архива Республики Беларусь Е. Барановского, Кирилл Мазуров вошёл в историю Минска и Беларуси как правозащитник незаслуженно оклеветанных подпольщиков.

Mazurov-0

С 1956 года первыми секретарями ЦК КПБ начали избирать белорусов, и первым стал Кирилл Мазуров (по тем временам – главный руководитель в республике). Он пытался проводить политику белорусизации, но очень быстро понял, что плывёт против течения. Белорусы составляли в государственном аппарате не более двух третей и занимали преимущественно второстепенные посты. Были наконец утверждены государственные флаг (1953 г.), гимн (1955 г.), герб (1956 г.) БССР, которые символизировали коммунистическую систему и неразрывную связь Белоруссии с Москвой.

О вкладе Мазурова в хозяйственное строительство Республики говорил Михаил Заворотный (в 1957-1963 гг. – заведующий промышленно-транспортным отделом Витебского обкома КПБ): «Три человека сыграли исключительно важную роль в послевоенном восстановлении Беларуси и дальнейшем превращении её в индустриальную страну: Пантелеймон Пономаренко, Николай Патоличев и Кирилл Мазуров. В разные годы они возглавляли республику.

На годы правления Мазурова пришлось, например, строительство Новополоцкого нефтеперерабатывающего завода. Тогда, в 1958 г., это была колоссальная стройка сметной стоимостью 315 млн руб. Рассматривалось несколько возможных площадок для будущего завода: север Украины, Брянская область и Беларусь. Получить на своей территории подобный объект было делом даже не престижа, а способом решения одной из болезненных проблем того времени – безработицы, которая остро ощущалась в послевоенной Беларуси. По утрам толпы людей встречали идущих на работу партийных чиновников у подъездов горкомов и обкомов: просили у власти работу.

Приведу несколько примеров, отражающих управленческие навыки Мазурова. Он исповедовал, как сказали бы сегодня, системный подход. Не только ставил задачу, но и думал о средствах её реализации. В республике тогда велось активное промышленное и гражданское строительство. Острейшей проблемой была нехватка кирпича. На совещаниях всех уровней звучали требования увеличить его производство. Мазуров всегда начинал с конкретного вопроса руководителям предприятий: «В чём нуждаетесь, чтобы наладить выпуск кирпича?». Выслушивая наши заявки – строительная техника, прессовое оборудование и т.д., – отбирал самое первостепенное и неотложное. И заключал: «Всё, что возможно, получите».

С марта 1965 года Кирилл Мазуров – первый заместитель Председателя Совета Министров СССР, затем его избрали членом Политбюро ЦК КПСС.

Из воспоминаний бывшего председателя Минского горисполкома и министра строительства и эксплуатации автомобильных дорог БССР Василия Шарапова:

«Запомнилась ситуация, когда я работал уже министром-дорожником. Дело касалось строительства мостов.

Крупные мосты в то время строились в основном из железных ферм, которые устанавливались на бетонные опоры. Но металла высокого качества в стране не хватало, а тот, что был, забирал Трансстрой со своими гигантскими стройками в Сибири. Даже Госплан Союза ничем помочь не мог. Пришлось снова беспокоить Мазурова. Он сразу назначил мне день и час. Встретил очень приветливо, стал расспрашивать о делах. Мы вспомнили, что Кирилл Трофимович по первой своей специальности – дорожник, более того, первым объектом, где работал прорабом, был мост в Гомельской области через Днепр, недалеко от Речицы. Затем я рассказал ему о нашей проблеме – раздробленности мостового хозяйства и невозможности самостоятельно строить крупные объекты. Кирилл Трофимович, истинный патриот своей Родины, всегда старался помогать по мере сил и возможностей. Вот и здесь, не откладывая дело в долгий ящик, немедленно снял телефонную трубку и обратился к министру финансов Союза В. Гарбузову с предложением разрешить в Белоруссии создать трест «Мостострой», а для детального разговора попросил министра принять меня. Я встретился с Василием Фёдоровичем, и через некоторое время из Госплана Союза пришло разрешение на создание нужного нам треста».

Мазуров, кстати, оказался единственным членом Политбюро ЦК КПСС, который позволил себе то, на что не отважился ни один из его соратников, что свидетельствует о его определённой смелости.

Когда в 1978 году приближался очередной день рождения «дорогого Леонида Ильича», на заседании Политбюро ЦК зашёл вопрос о том, как порадовать генсека. Кто-то предложил присвоить очередное звание Героя Советского Союза, и все дружно поддержали. Один только Мазуров выразил сомнение: что-то не то делаем, не поймёт нас народ, похоже, что мы оказываем медвежью услугу Леониду Ильичу Брежневу. Все повернулись к говорившему и посмотрели на него, как на инопланетянина. Решение, конечно, приняли положительное, но на следующий день Кириллу Трофимовичу посоветовали написать заявление об уходе «в связи с ухудшением состояния здоровья»…

Через восемь лет руководство страны, правда, вспомнило о бывшем авторитетном и энергичном руководителе, у которого на самом деле не наблюдалось «ухудшения здоровья». Кирилл Трофимович был избран председателем Всесоюзного совета ветеранов войны и труда. При Мазурове у этой организации появилось второе дыхание.

Его не стало 19 декабря 1989 года. Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

Mazurov-3

«Сегодня о руководителях советского периода не принято говорить хорошо. Это совершенно незаслуженная оценка. Кирилл Мазуров и большинство его сподвижников были интеллектуалами, талантливыми организаторами, умевшими сплачивать вокруг себя огромные коллективы, людьми, бесконечно преданными своему делу, ставившими общественный долг выше личных интересов», – отмечает Василий Шарапов.

Кирилл Трофимович занимал пост первого человека в республике целых девять лет (1956-1965 гг.), а после этого ещё тринадцать (1965-1978 гг.) был первым заместителем Председателя Совета Министров СССР. 21 год (1957-1978 гг.) входил в состав Политбюро ЦК КПСС. На такой «высоте» в Советском Союзе никогда не находился ни один белорус.

Это он умел сопротивляться Хрущёву и не засеял белорусские поля кукурузой, сохранив крестьянские подворья.

Это при нём были возвращены честные имена многим подпольщикам и родилась идея мемориального комплекса в Хатыни.

Это он курировал работу 29 министерств и ведомств, возглавлял комиссию Политбюро по строительству Байкало-Амурской магистрали. Это его энергии боялся Брежнев…

Заслуги Кирилла Мазурова отмечены пятью орденами Ленина, орденами Красного Знамени, Отечественной войны 1-й степени и медалями, званием Героя Социалистического Труда. До конца своих дней этот человек оставался порядочным и непокорным бессмысленным директивам, верен принципам скромности, выдержанности, а главное – преданности долгу и делу.

Как много в современном мире политиков. Но государственных деятелей, которые знают, что надо стране завтра, – единицы. Хорошо, что они у Беларуси есть.

——————————————-

Из интервью Кирилла Мазурова корреспонденту «Комсомольской правды» (от 19 сентября 1987 года):

– Позвольте начать беседу с нетрадиционного вопроса: как Вы относитесь к аплодисментам?

– Аплодисменты пришли в политическую жизнь из театра как выражение эмоций. Древние римляне и греки без них обходились. Не скрою, я всегда неловко себя чувствовал, терпеть не мог парадные, «под должность», аплодисменты и пресекал их как мог.

Но, с другой стороны, трибуна – это место работы государственного, политического деятеля, и когда люди выражают истинную, искреннюю поддержку, важно знать и чувствовать. Трудом мысли и поступков заработанные аплодисменты не надо сбрасывать со счетов нашей общественной жизни. Народ сейчас разобрался, что рукоплескания, переходящие в бурные овации, рождены подхалимами.

– Какие главные истины Вы выстрадали за свою жизнь?

– Сейчас отчётливее видны не только чужие ошибки, но и свои собственные. Мудрость к человеку приходит к вечеру его жизни. У молодых же много энергии, но реального опыта нет. Важно двигать дело и с энтузиазмом, и с мудростью. Ну а выстрадал? Единственное – не может быть человеку хорошо, когда родине его плохо.

– 22 июня 1941 года Вы встретили в пограничном Бресте, будучи первым секретарём обкома комсомола. Война для Вас началась в самом прямом смысле в четыре утра. Какой день на войне был самый трудный?

– Что-то я не припомню в истории войн, на которых выдавались бы лёгкие денёчки, тем более на этой – всенародной Великой Отечественной. Несправедлив чей-то афоризм: 20 миллионов унесённых жизней – это статистика, а смерть одного человека – горе. Море человеческого горя было.

Решением директивных органов я был направлен в действующую армию политработником. Самые тяжёлые дни были, когда вся группировка наших войск, оборонявшая Киев, оказалась в окружении. Кроме бомбёжек и пулемётных обстрелов немцы с воздуха бросали листовки, так называемые пропуска в плен, в которых вовсю утверждали, что Москва ими уже взята, а Сталин и советское правительство удрали в Сибирь. Представьте, что та ложь – единственная для нас информация. Страха не было. Была лишь ненависть к гитлеровцам да бесконечная тоска. Если погибнешь здесь, ни родные, ни товарищи не узнают где, им останется лишь думать, честными ли были твои последние минуты жизни…

– С  осени 42-го Вы – секретарь ЦК ЛКСМБ по кадрам, представитель Центрального штаба партизанского движения – направлены для работы в тылу врага. Было ли легче на войне разбираться в людях, чем в мирное время?

– Около трёх тысяч подпольных комсомольских организаций действовало на территории Беларуси. Вдумайтесь: три тысячи «молодых гвардий». Были подпольные обкомы, райкомы комсомола. Секретарей тогда не избирали – назначали. Кадры изучали по принципу: коммунист? комсомолец? как относится к Советской власти? как воюет? Так называемые собеседования – короткие встречи, часто глухими ночами в глухих местах. Ошибки были минимальными. На войне год службы засчитывался за два не случайно. Характеры человеческие проявлялись во весь рост. Недаром до сих пор говорят: ты бы с ним в разведку пошёл?..

Война для многих фронтовиков, партизан и подпольщиков Беларуси стала и университетом, и академией. После вой-ны многие заняли ключевые посты. И это было справедливо.

– Как Вы относитесь к своей малой родине?

– У некоторых славянских народов слово «родина» переводится ещё и как семья. Ценю хорошие семьи, всё-таки с неё человек начинается. У меня сын и две дочери, у них свои семьи, есть три внука. В выходной съезжаются все, как правило, в родительский дом. Это счастливые для нас с женой часы. За свою долгую жизнь я помогал людям в трудные для них минуты. Но никогда – по принципу землячества. Существует почему-то некое правило: если человек – начальник, он должен помогать своим. Вы не найдёте в Рудне, Слободе, во всей Гомельской области сверхплановых объектов, школ или дорог, построенных благодаря указаниям Мазурова. Думаю, что малая родина каждого должна делить судьбу страны, а не привилегии.

OLYMPUS DIGITAL CAMERA



Добавить комментарий