Ликвидаторы: зелёному храму верность храня

Главное Общество

В год, когда Чернобыль ворвался в нашу жизнь тревогой и болью, многие жители района не отступили – стали непосредственными участниками ликвидации последствий катастрофы. И в этом числе было более 30 нынешних работников ГЛХУ “Комаринский лесхоз”. Каждый из них не по слухам знает, насколько тогда было напряжённое, неспокойное, наполненное растерянностью и отчаянием людей время. Разум отказывался верить в то, что случилось, но когда поступил приказ об эвакуации и начали приниматься меры радиационной защиты, стало понятно: трагедия обретает безграничный масштаб. Лесоводам нужно было учиться работать в новых условиях: с учётом уровней загрязнения зелёного фонда.

Для Виктора Захожего лес с детства был местом, где можно почувствовать единение с природой, найти таинственную тишину и прохладу, вдохнуть свежий воздух. И к тому же пример бережного отношения к зелёным угодьям, разумного распоряжения его дарами был рядом: отец работал лесником. Поэтому сомнений у Виктора, когда пришло время выбирать дальнейший жизненный путь, не возникло. После окончания Лубеникской средней школы поступил в Полоцкий лесной техникум. И хотел, конечно же, вернуться в родные места. Но начинать трудовую деятельность пришлось в соседнем Лоевском районе – на Брагинщине подходящих мест для молодого специалиста не оказалось. Так что к делу приступил в качестве участкового техника-лесовода в Первомайском лесничестве. Было это в марте 1979 года, когда вода из-за большого разлива Днепра подобралась к домам – встречал нового работника лесничий Иван Буценко на лодке. И разместил молодого постояльца у пожилой семейной пары.

Так сложилось, что именно здесь, на Лоевщине, Виктор встретил свою будущую супругу. Тогда Анна, дочь лесника, училась в педучилище. Светлые чувства и заботу друг о друге пронесли через годы: в браке – почти сорок лет. А главное богатство супругов – трое детей и восемь внуков.

К началу восьмидесятых, кстати, семья Захожих переселилась в купленный в Лубениках дом. Виктор Иванович работал в Брагинском лесничестве, которое располагалось в Майске. А его жена преподавала в начальных классах местной школы. У них уже подрастало двое детей. Как и многие сельчане, обрабатывали землю, держали большое хозяйство.

В день, когда случилась авария на ЧАЭС, как раз свежевали кабанчика – приближалась Пасха, которую принято было встречать хлебосольно, со щедро накрытым столом. Свинину, выделенную для брата, Виктор Иванович решил сам завезти на мотоцикле в Хойники. Но по пути пробил колесо – пришлось задержаться в Брагине, чтобы устранить неполадку. Там и услышал от знакомых, работающих в пожарной части, о взрыве на атомной станции. Но особого значения этому не придал. Кто мог тогда предположить, чем всё обернётся, какой след оставит после себя дата 26 апреля 1986 года?

Суровая правда о ситуации, как вспоминает Виктор Иванович, была доведена до населения не сразу. Вначале просто распространялись слухи. Но когда людей начали отселять из 30-километровой зоны, увозить детей в лагеря и санатории, подальше от радиационной угрозы, волнение и тревога усилились. Вместе со школьниками, сыновьями двух и четырёх лет покинула на несколько месяцев район и Анна Александровна. В семье на тот момент ожидали третьего ребёнка. Поэтому чуть позже жена приедет к родителям в Лоев, где находилось родильное отделение, – дочурка появится на свет в конце июня. Но возвратится супруга с детьми на Брагинщину только к осени.

В Лубениках в начале мая начали принимать переселенцев, и в доме Захожих тоже нашлось место: временный приют получила пожилая супружеская пара из Сувидов. Об этих людях и сегодня Виктор Иванович говорит с теплом в душе. Стали как родные, помогали и в огороде, и по хозяйству. Всё – заботы, проблемы, переживания – было общее. Но так и не суждено было старикам вернуться в своё обжитое «гнездо». Для переселенцев со временем построили дома в других уголках Беларуси.

Виктору Ивановичу, который, как и сейчас, работал помощником лесничего, пришлось вести наблюдения за радиационной обстановкой в лесных кварталах. Поэтому о притаившейся невидимой угрозе он знал не по словам – сам измерял мощность дозы гамма-излучения, записывал показания в журнал. Для проведения этой работы лесничеству были выделены два мотоцикла и специальные приборы. Такой контроль на долгие годы стал необходимостью. Чтобы знать, где можно проводить рубки, заготавливать древесину, как в условиях радиационного загрязнения восстанавливать и защищать леса, не подвергать риску жизнь и здоровье людей. Довелось к тому же принимать участие в тушении пожаров на отселённой территории, куда на первых порах устремлялись вынужденные «беженцы». Один брошенный окурок или непогашенная спичка приводили к возгораниям, с которыми нужно было бороться.

Чтобы исключить перенос опасных веществ на земли, которым от радиации досталось меньше, на наиболее пострадавших территориях в конце 80-х создали заповедник. К нему отошла значительная часть фонда Комаринского лесхоза. Но владения Брагинского лесничества, которое со временем переименовали в Лубеникское (по названию населённого пункта, где расположилось новое производственное здание), не уменьшились. Сегодня его площадь составляет  9054 га, в том числе 8200 га покрытых лесом. И все эти зелёные гектары требуют ухода, бережливости, защиты. А чтобы природное богатство оставалось жизнеспособным и не теряло своей ценности, его нужно использовать с умом и заботой, приумножать.

Уже сорок лет Виктор Захожий предан своему делу и никогда не остаётся равнодушным к тому, что происходит в зелёном храме. За это время убедился: для него лес, жизнь, профессия – одно целое.

Валентина БЕЛЬЧЕНКО

Фото Ольги ПОЛЕЩУК



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *