Никогда больше… За годы оккупации в Брагинском районе погибли 8875 человек

К 75-летию Великой Победы Общество

Вторая мировая война была самая ужасная в истории. И ужасная она не только большими потерями на фронтах, но и огромным количеством жертв среди мирного населения. К этому привела политика нацистов, исходившая из расовой теории. Её цель – освобождение Европы от «низших» рас путём их уничтожения. Часть этой политики – холокост. А частью холокоста была трагедия евреев Беларуси.

В глубь веков

По словам минского историка Кузьмы Козака, исследователя Второй мировой войны, на территории Беларуси до прихода немецко-фашистских захватчиков проживали 940 тысяч евреев. Почти миллион… К такой цифре их количество приблизилось именно накануне войны, после вхождения Западной Беларуси в состав БССР. А официальным началом истории этого народа на белорусских землях является XIV век – период существования Великого Княжества Литовского.

Антонина ЛЕОНЕНКО, учительница истории гимназии г.п. Брагина:

– Евреи стали активно селиться на Брагинщине во времена Речи Посполитой. Первое упоминание об их общине относится к 1648 году. «Архив Юго-Западной России» содержит следующую информацию о численности евреев в Брагине: 1765 год – 260 (64 подворья), 1778 год – 90 (31 двор), 1784 год – 152 (47 дворов). «Устройство еврейских обществ» сообщает, что в 1897 году здесь проживали 4311 человек, из них 2254 – евреи, т.е. они составляли более половины населения местечка. Типичные фамилии, которые ныне носят их потомки: Левицкие, Шайкевичи, Скороходы, Злотники, Дынины.

В конце XIX – начале XX века еврейское население Брагина содержало питейные заведения, занималось торговлей, скупкой сырья, аптекарским делом. Первую аптеку в местечке открыл Фельдман. Среди многочисленных торговцев самым успешным был Шайкевич, который к тому же слыл брагинским меценатом. Улица Кооперативная, кстати, ранее именовалась его фамилией. В XIX веке большинство зажиточных евреев старалось селиться на улице Пробойной (ныне – Советская). Многие занимались сапожным ремеслом и в 20-е годы прошлого века объединились в сапожную артель.

В Брагине действовала синагога, на территории района работали четыре еврейские религиозные школы – хедер. В советское время евреи составляли большой процент учителей местных школ. Были учительские династии Дыниных, Кострицких, Сосновских.

Среди евреев, уроженцев Брагина, есть известные люди. Например, Борис Могилевич (1907-1934), участник экспедиции на пароходе «Челюскин». Он погиб во время экспедиции, награждён орденом Красной Звезды (посмертно). Леонид Пинский (1906-1981), доктор филологических наук, специалист в области западноевропейской литературы, мыслитель, эссеист. А. Галич посвятил ему песню «Летят утки».

Следует отметить, что к началу XX века численность евреев в Беларуси составила почти 1/6 часть населения, а в крупных городах их проживало 50-60%. Поэтому не удивительно, что идишь (наряду с белорусским, польским и русским) являлся государственным языком довоенной БССР.

Жили одной семьёй

Признаться, от людей, которые рассказывали о довоенном периоде, мне тоже не раз приходилось слышать, что на Брагинщине тогда проживало много евреев. И отзывы о них всегда были только положительные.

Вспомнилось, как более пяти лет назад журналистская работа привела меня в дом Анны Пименовны Марчук, которая и сейчас проживает в Комарине. В свои почти девяносто два года она с лёгкостью возобновляла в памяти события и называла фамилии людей, с которыми неразрывно связана судьба её малой родины. Поэтому я с большим интересом слушала эту мудрую пожилую женщину. И по-своему представляла то далёкое время, когда активисты-комсомольцы сажали на берегу Днепра дубовую рощу, а вода в реке была другой – светлой, как кристалл. Когда дорожный отдел в посёлке возглавлял Кирил Мазуров, работала швейная артель… Но не менее впечатлило меня, с какой теплотой она говорила о евреях, составлявших тогда значительную часть населения Комарина, где даже функционировала их национальная школа. Именно они, по словам Анны Пименовны, первыми пришли на помощь, когда многодетная семья, в которой она воспитывалась, осталась на зиму без хлеба – в результате пожара сгорел сарай вместе с зерном и кобанчиком. Приносили муку, сало, другие продукты – в беде не оставили. Даже спустя десятилетия женщина вспоминала об этих людях с сердечной благодарностью, отмечала их щедрость, отзывчивость и великодушие. Казалось, что для этого она хотела подобрать только самые светлые и тёплые слова.

Иное – война… Об испытаниях, мучениях и потерях, которые принесла Великая Отечественная, моя собеседница рассказывала неохотно. Это, было очевидно, вызывало душевную боль. Хотя о зверствах фашистов Анна Пименовна знает не по наслышке: как грабили, вывозили в Германию мирных жителей, расправлялись с евреями, советскими активистами… Достаточно только вспомнить казнь отца двоюродной сестры, следователя, – в Брагине закопали живым. Многим, по словам Анны Пименовны, удалось избежать смерти только по счастливой случайности – дважды местное население находилось под угрозой массовых репрессий.

Чёрная страница в истории

По оценкам историков, в Беларуси во время Второй мировой войны было уничтожено более 800 000 евреев – в живых осталось не более 3% от всей численности. Их убивали только за то, что они были евреями. В этом нацизм видел средство для разрушения советского государства и подготовки его к немецкой колонизации, – отмечает уроженец Речицы, доктор исторических наук, автор сотен публикаций по истории холокоста на территории Беларуси Леонид Смиловицкий. «Нацистская пропаганда представляла евреев как врагов немецкого народа, а большевизм – как скрытую форму еврейской диктатуры. Главной целью Второй мировой войны Гитлер провозгласил уничтожение еврейской расы в Европе, а затем и во всём мире».

Стремительность немецкого наступления помешала бегству большинства евреев, которые не выделяли себя из числа советских граждан. Именно в Беларуси был впервые на практике опробован нацистский механизм их поголовного уничтожения. Здесь действовало более 300 гетто, которые считаются одним из видов концентрационных лагерей. Это отмечается и в книге «Нямецка-фашысцкі генацыд на Беларусі 1941–1944 гг.», изданной в 1995 году: «Для гражданского населения фашисты создали целую систему концлагерей, называя их «женскими», «трудовыми», «лагерями СД», «штрафными», «гетто» и т. д. Сущность была одна: все они являлись местами принудительного заключения, лагерями смерти, приспособлением для массового уничтожения людей».

Вместе с тем, как пишет Леонид Смиловицкий, многие гетто стали очагами сопротивления. Узники имели связь с партизанами, собирали медикаменты, оружие, боеприпасы, оперативные сведения, выводили в лес боеспособную молодёжь. В ряде гетто накануне массовых расстрелов вспыхивали восстания. Бежавшие из них евреи пополнили целый ряд отрядов белорусских партизан. Они участвовали в боевых операциях, «рельсовой войне», засадах, выполняли агентурные задания, собирали разведывательную информацию, занимались пропагандистской работой, были врачами, оружейниками, радистами, заготавливали продукты, работали в партизанских прачечных, сапожных и портняжных мастерских, ухаживали за ранеными. Одной из форм этой борьбы стали еврейские семейные лагеря и отряды, не имевшие аналогий в других странах Европы.

Беззащитные перед лицом палачей

Надежда МЕЛЕШКО, и.о. директора Брагинского исторического музея с картинной галереей:

– В сентябре 1941 года в Брагине начались массовые репрессии против мирного населения. Первый удар был нанесён по еврейским семьям и по партийно-советскому активу.
Во дворе тогдашней белорусской школы было создано еврейское гетто, в котором удерживали около 600 человек, в т. ч. 156 детей в возрасте до 14 лет.

Осенью 1941-го и позже на грузовиках и подводах немцы завозили евреев, толпами гнали людей в Брагин из окольных деревень, с Комаринщины и Лоевщины, доставляли арестованных из Хойник и других мест, даже из Азарич, Копаткевич, Калинкович, Мозыря. Хватали целыми семьями. 27 ноября 1941 года по указу шефа жандармерии Вильгельма Фридриха гетто было ликвидировано. Больше 600 его узников расстреляли и закопали живьём в двух больших ямах в районе нынешней улицы Набережной. Позже их останки были перезахоронены на улице Песочной.

Углубляясь в тему холокоста – сложную, болезненную и достаточно противоречивую, особого внимания, на мой взгляд, заслуживают публикации Леонида Смиловицкого, рассказывающие о трагическом прошлом некоторых белорусских местечек. Вот что он пишет о Брагине, занятом немецкими войсками:

«…В начале осени, 12 сентября, в Брагин прибыл немецкий карательный отряд. Их фуражки украшали эмблемы с изображением черепа и костей. Нацисты разместились в школе-десятилетке и заставили евреев-мужчин чистить мотоциклы, на которых прибыли. Потом угостили мужчин яблоками, отпустили их домой. Поэтому, когда назавтра евреям было приказано явиться в школу для выборов старосты, многие пришли добровольно. Всего каратели собрали около 300 человек.

…Евреев конвоировали в сторону урочища Селище. Через полчаса оттуда послышались выстрелы. Каратели расстреливали по 30 мужчин, всего около 10 групп. Это свидетельствовала Мария Демьянчик, которая тогда убирала в огороде лён. Женщина испугалась, что каратели убьют и её, забежала в дом. На её огород со стороны Брагина каратели привели новую группу евреев – на этот раз женщин, детей и стариков. Некоторые матери несли на руках грудных младенцев и плакали. Они на коленях умоляли их пощадить. Нацисты конвоировали по 3-4 человека, подводили их к краю огорода и стреляли в них. Так продолжалось, пока школа полностью не опустела…

Соседи погибших выкопали большую яму, в ней захоронили убитых. По свидетельству брагинца Ивана Шавкуненко, он видел в основном тела женщин, стариков и детей, которые лежали в беспорядке у вырытых ям.

После расстрела каратели ещё некоторое время охотились за спрятавшимися в Брагине евреями. Во дворе полиции отрыли могильник. Перед расстрелом людей раздевали и заставляли спускаться в яму. Там жертвы отыскивали свободное место. После чего раздавался выстрел. Когда убивали семью, то сначала расстреливали отца, мать, детей старшего возраста, а потом младших. Жертвы присыпались тонким слоем земли.

Всего к началу 1942 года в Брагине погибло около 600 евреев…

Во второй акции, которую нацисты провели в Брагине осенью 1942 года, было уничтожено около 500 человек – советские активисты, коммунисты и члены их семей».

Больше восьми тысяч…

По словам историка, в 1943 году, за две недели до отступления из Брагина, оккупационные власти заставили военнопленных выкапывать и сжигать трупы убитых. Это продолжалось больше недели. Место сожжения было замаскировано ельником. После окончания работ всех, кто принимал в них участие, нацисты расстреляли и сожгли.

За годы оккупации из евреев Брагина уцелели единицы. Среди них была Мария Бриллиант. Девушку прятала в своём доме Анна Паневчик. Когда соседи пригрозили донести об этом в полицию, она записала Марию в городской управе как свою двоюродную сестру. В июне 1942 года Мария ушла в лес, где встретила партизан.

Чрезвычайная государственная комиссия СССР установила, что за годы оккупации в Брагинском районе от рук нацистов и их сообщников погибли 8875 человек, включая 2709 женщин и 1085 детей. Только в одном Брагине члены комиссии насчитали 8 тысяч расстрелянных. Среди них были 2400 женщин и 920 детей. В числе главных виновных массового геноцида были названы начальник немецкой жандармерии старший лейтенант Брендер, вахмистр Битнер и другие.

О том, каким зверствам подвергали оккупанты еврейское население, рассказали после освобождения района его жители П. Манжос, К. Полуян, Ф. Скороход, З. Воробей, С. Репченко и др. – в письме, что было опубликовано в фронтовой газете «За Родину»:

«…8 августа 1941 года к нам в местечко прибыл так называемый «чёрный отряд», состоявший из эсэсовцев и финнов. Они согнали в здание и во двор школы 517 еврейских семей, оцепили школу пулемётами, а затем начали дикую, ни с чем не сравнимую расправу. Вначале расстреливали мужчин. Их выводили группами и по одному к речке и убивали выстрелом в затылок.

За мужчинами наступила очередь женщин и детей. Их расстреливали группами, в большую яму сталкивали одновременно десятки невинных жертв, а затем расстреливали из автоматов, забрасывали гранатами. Когда засыпали эти ямы, слышны были крики ещё живых людей. Грудных детей убивали на руках матерей, подбрасывали их вверх и расстреливали на лету, омертвляли головой о землю…».

А это выдержка из протокола опроса свидетельницы А. Гончеренко, жительницы г. п. Брагина:

«13 сентября 1941 года приехал в гор. пос. Брагин отряд СД (немцы), которые созвали всех евреев в среднюю школу (десятигодку), которые брали сумочки с питанием. Одежду они одели самую лучшую. По приходу в школу они были оцеплены немцами, и вокруг школы были расставлены пулемёты. После сбора всех евреев стали водить их группами за гор. пос. Брагин и расстреливали. В этот же день вечером и на другой день созвали граждан закапывать трупы. Оставшихся евреев вылавливали и убивали во дворе полиции, где была готовая яма, в которую ежедневно пополнялись трупы советских граждан.

Второй факт. В октябре м-це 1941 года. В Брагинской райбольнице работала фельдшерица (еврейка) Ермольчик Циля. Полиция её взяла из дому, после через час полиция везла её вещи (чемоданы, кровать с постельными принадлежностями и узел). Через день её расстреляли, перед расстрелом заставили её раздеться, оставив в одной нательной рубашке. Через два-три дня нашли её 15-летнего сына и также расстреляли.

…Живя недалеко от базы, я наблюдала частые привозы людей лошадьми с разных деревень. Людей разного возраста – от грудного ребёнка и до старика, и даже беременных женщин. Все они были расстреляны, только в разное время. По утрам часа в четыре-пять летнего времени слышны были причитания, крики и стоны, как малых, так и взрослых граждан. После чего были слышны выстрелы. Количество расстрелянных граждан уточнить трудно, но приблизительно не меньше восьми – десяти тысяч».
Из акта о преступлениях немецко-фашистских оккупантов в г. п. Брагине осенью 1941 г. и позже:

«…После уничтожения еврейского населения СД (немцы) начали постепенно уничтожать другие нации (т. е. русских, белорусов, украинцев и других). С конца 1941 года и по 23 ноября 43 года уничтожали как группами, отдельными семействами, а также и одиночками за городским посёлком, на базе. В это время было уничтожено не менее восьми – десяти тысяч советских граждан (в том числе мужчин, женщин и детей как Брагинского района, а также и близлежащих районов Полесской области БССР, а также и военнопленных)…».

Знать и помнить

В могиле жертв фашизма, расположенной на улице Песочной в Брагине, покоятся 8000 мирных жителей, замученных и расстрелянных нацистами в 1941–1943 гг. В том числе евреи, перезахороненные из двух братских могил по ул. Набережной, – это подтверждает официальный документ, копия которого хранится в местном музее. В 1957 году на могиле насыпан курган, а в 1980-м на нём установлена чёрная гранитная стела, надпись на которой сообщает о количестве погибших от рук нацистов.

Да, тяжело вспоминать такие факты, больно читать о зверствах и преступлениях, что чинились на нашей земле, сложно представить, что это вообще было… Но у исторической памяти народа нет конечной станции. И не важно, кто мы по национальности и по вероисповеданию, все мы – люди! Поэтому, наверное, правильно, что в последнее время всё чаще звучат от брагинчан предложения установить на улице Набережной памятный знак или табличку – как свидетельство о тех страшных событиях. Чтобы напомнить живущим: такое не должно повториться. Никогда больше…

Валентина БЕЛЬЧЕНКО



Пакінуць адказ

Ваш адрас электроннай пошты не будзе апублікаваны. Неабходныя палі пазначаны як *