В юбилейный для района год продолжаем маршрут по улицам Брагина, которые существовали столетие назад. И сегодня прогуляемся по Школьной.
Находилась она, как установил в ходе своих исследований Виктор Гилевский, между нынешней улицей Советской и рекой Брагинкой, протянувшись от ручья у площади до здания Белагропромбанка. Сейчас на этом месте можно увидеть памятник воинам-интернационалистам, задворки гостиницы, универмага, банка. А в 1926 году здесь проживали 35 еврейских семей и располагались две молитвенные школы, которые в переписи названы синагогами. Улицу также пересекал длинный двор пожарного депо, выходивший к реке со стороны Советской.
В книге «Памяць. Брагінскі раён» указано, что название Школьная произошло от расположенной неподалёку первой школы, открытой в 1863 году. Но у Виктора Гилевского – иная версия:
– Школа к данной улице никакого отношения не имела, так как располагалась на нынешней площади Ленина – там, где установлен памятник Василию Игнатенко. А название, вероятнее всего, связано со словом «шул» (от немецкого Schule – школа) – так на идише называли синагогу или молитвенный дом.
Стоит пояснить: синагога в еврейской традиции была не только местом молитвы, но и центром религиозной и общинной жизни. Наряду с ней существовали и небольшие молельни – «штиблы». В разговорной речи эти понятия часто не различались и обозначались одним словом – «шул». Нередко такие молитвенные дома формировались по профессиональному признаку. Например, синагоги портных, кожевников, других ремесленников.
– На Школьной в 1926 году находились синагоги «хаята» (в переводе с иврита означает «портной») и так называемый «штабул», под которым, вероятно, подразумевается «штибл», – уточняет краевед-любитель. – Подобные «школьные» еврейские улицы встречались во многих городках и местечках Беларуси. Например, в Минске это был целый квартал, известный как «Школьный двор», где находилось 14 синагог и молитвенных домов.
В Брагине такая улица, спрятавшись в стороне от главной дороги и бойкой торговли, была не менее оживлённой и густонаселённой, чем соседняя Базарная. Маленькие деревянные дома стояли тесно, почти вплотную друг к другу, на узких участках в тени деревьев. И лишь двухэтажные здания молитвенных школ немного выделялись на их фоне.
Но всё разрушило нападение фашистской Германии. Многие жители Школьной были уничтожены нацистами. Уцелели лишь те, кто успел эвакуироваться. Опустевшие дома оккупанты разобрали для хозяйственных нужд, а также использовали при строительстве укреплений и дзотов на площади вокруг кирпичного здания волостного исполкома (располагалось перед нынешним филиалом потребительского общества).
После войны Школьная так и не возродилась. Некому было возвращаться и заново строить дома на пепелищах. От улицы остались лишь воспоминания уцелевших свидетелей и этот скупой, но бесценный список глав семейств по переписи 1926 года:
Хацкель Меерович Левин, Залман Меерович Левин, Шевель Мовшевич Стольберг, Нохим Шлемович Голод, Мовша Иоселевич Каплан, Тевель Шевелевич Стольберг, Нехама Баруховна Шендерович (владела крупорушкой на два конных привода), Шося Мееровна Волынская, Блюма Янкелевна Волынская, Мовша Герцович Пекуровский – портной, Арон Мордухович Пароцкий, Мовша Абрамович Арип, Абрам Мовшевич Стольберг, Мойсей Аврамович Прытыкин (его жена Люба была домашней портнихой), Кейла Нохимовна Рабовская (проживала возле первой синагоги – «штибла»), Вениамин Мовшевич Рабовский, Браха Менделевна Слеповская, Мовша Беркович Виленский, Меер Гиршевич Кирпичников, Меер, Фроим, Мордух Тевелевичи Стольберги, Нохим Меерович Стольберг (владел посадочной мастерской), Рахиль Давидовна Стольберг, Мордух Янкелевич Милявский – сапожник, Шейна Гершуновна Казимировская (сдавала дом в аренду Иосифу Давидовичу Хазанскому, у которого там была красильная мастерская), Нохим Волькович Милявский, Браха Гиршевна Милявская, Меер Лейзерович Газман – сапожник, Зелик Абрамович Туровский, Абрам и Евсей Сролевичи Дынины (проживали возле второй синагоги, недалеко от пожарного депо), Элия Хаимович Волынский, Хаим Рувикович Волынский, Волька Борухович Волынский, Мордух Фроимович Хайкин, Абрам Евсеевич Дынин (сдавал дом в аренду Баруху Ароновичу Ландо), Гирш Гецелевич Серебряный (у его сына Иоселя была посадочная мастерская).
Уже позже, в 1960-х годах, в начале уничтоженной фашистами улицы (там, где сейчас находится памятник воинам-интернационалистам) возвели несколько двухэтажных каменных домов. Но новая беда – авария на Чернобыльской АЭС – перечеркнула и это. Опустевшие дома были снесены.
Той Школьной улицы, где кипела жизнь и звучали голоса, теперь нет. Она осталась только в нашей памяти.
Судя по переписи 1926 года, в непосредственной близости от Школьной находился Подол.
– В старину так называли низину или расположенное ниже города-крепости поселение, – поясняет Виктор Гилевский. – По всей видимости, брагинский Подол представлял собой небольшую улочку, спускавшуюся к Брагинке с улицы Советской. Сегодня на этом месте находится здание Белагропромбанка. Однако на схеме 1958 года ещё можно увидеть следы Подола – пустой проход к реке.
Улица была уничтожена в годы Великой Отечественной войны и уже не восстановилась.
Согласно переписи населения 1926 года, на Подоле проживали: Литман Юзикович Злотник, большая семья (12 человек) Чернявской Фрумы Мееровны, Мира Нафтолевна Пинская, Крейна Ицковна Милявская, Меер Фроимович Хайкин (арендовал жильё у Мордуха Хазанского), Хава Хаимовна Городецкая, Мордух Эльевич Городецкий, Иосель Гиршевич Шехтман.
Сохранились и некоторые интересные сведения об этих людях. Например, у Литмана Злотника на Подоле стоял дом, где проживала семья из семи человек. Здесь же находилась его жестяно-кровельная мастерская, где он работал вместе с сыном Юзиком. Мордух Городецкий и его родственник Давид были стекольщиками – раскраивали стекло алмазным резцом. Ида Милявская занималась портняжным ремеслом в доме Крейны Милявской.
Как следует из архивных документов, между Литманом Злотником и его соседом Абрамом Чернявским ещё в 1895 году, за 30 лет до переписи, возник спор.
«Мещанин Литман Юзиков Злотник, имеющий в м. Брагине совокупный со мною дом в 18 аршин длины, без надлежащего разрешения Начальства задумал принадлежащие ему комнаты перестроить и вместо их соорудить двухэтажный дом. […] Не зависимо самовластия Злотника при перестройке им своих комнат с разрушением средней стены, служащей и в мои комнаты, последние, разумеется, сию минуту рухнут неисправимо, так что я при старости своей и многочисленном семействе могу оставаться без приюта, с понесением убытков в несколько сот рублей», – жаловался Черняховский.
Пристав осмотрел почву и сделал заключение, что Злотник может перестроить свой дом: угрозы обрушения нет. При этом была упомянута и молитвенная школа, стоящая неподалёку – на улице Школьной:
«По осмотре оказалось, что местность под домом болотистая, но самый грунт земли под болотом твердый, так как заявили опытные люди понятые, может вполне без никакой опасности стоять на ней дом Злотника на каменном фундаменте, тем более, что в недалеком разстоянии от дома Злотника на одной линии построены двухэтажная еврейская молитвенная школа на каменном фундаменте, и хотя в ней собирается в праздники много народу, она опасностью не грозит».
Жизнь здесь текла своим чередом: люди занимались ремёслами, торговали, создавали семьи, спорили и мирились. Но в сентябре 1941 года фашисты начали зверскую расправу над мирным населением. Первый удар был нанесён по еврейским семьям и по партийно-советскому активу. Многие жители Подола стали жертвами спланированного геноцида, а сам он почти на век стёрся из памяти. И лишь перепись 1926 года возвращает эту маленькую улочку из небытия.
Подготовила Валентина БЕЛЬЧЕНКО
Самыя цікавыя і важныя навіны шукайце ў нашых сацыяльных сетках: TikTok, Instagram, VK, Одноклассники, Telegram, Facebook, Viber.
