Около шести тысяч задержанных, 500 закрытых средних учебных заведений, Париж, Лилль, Марсель, Нант… Это статистика и география протестов во Франции. Однако самым тревожным фактором стало участие в акциях несовершеннолетних, которые не покидают улицы уже третью неделю. Начало было положено 21 сентября в лицее Сен Экзюпери (пригород Парижа), где подростки 15–18 лет заблокировали вход в здание, требуя нанять психологов, социальных работников и решить проблему нехватки педагогического состава. В течение нескольких дней волнения перекинулись на весь регион Иль-де-Франс, а к концу сентября охватили около 180 школ. После призыва профсоюза Union syndicale lyceenne к общенациональной забастовке агентство «Reuters» зафиксировало уже 1,8 тысячи заблокированных лицеев.
Что же заставило французскую молодёжь пойти на столь радикальные меры? Традиционно система образования Франции считалась эталонной. Она включает обязательное дошкольное воспитание, начальную школу и колледж, после чего ученики переходят в лицеи (общие, технологические или профессиональные). Финальной точкой обучения является «бак» (Baccalaureat) – экзамен, открывающий двери в высшие учебные заведения и формально приравниваемый к первой университетской степени. Помимо классических университетов, во Франции существуют элитарные «Grandes Ecoles» (например, HEC или Политехническая школа), готовящие будущую политическую и бизнес-элиту страны.
Всё вроде понятно и просто. Учись, старайся – и для тебя открыты все дороги. На бумаге путь к успеху выглядит прозрачным, но реальность далека от идеала. Крысы в коридорах, протекающие кровли, отсутствие воды и отопления в помещениях. И это – цивилизованная Европа. Просто выстроенная годами система состарилась и страдает от ряда проблем. И бытовые кажутся мелочью на фоне социальных и экономических. В числе актуальных – неравенство, когда успех зависит от происхождения, переполненность классов, устаревшие методы, когда излишний академизм и упор на зубрёжку заменяют конструктивные подходы. К этому добавляется дефицит кадров: во многих школах отменяются занятия из-за нехватки учителей, профессия педагога теряет престиж из-за низких зарплат и высокой нагрузки.
Среди причин и стресс, связанный с системой Parcoursup, – платформой поступления во французские вузы, введённой с 15 января 2018 года. Вот мнения самих французов из комментариев в фейсбуке: «Система Parcoursup реально жесть как для студентов, так и для родителей. Никто толком не знает, как всё работает, у каждого универа своя внутренняя система отбора, и они не публикуются, а министерство вообще никому не рассказывает, что там за правила на самом деле сделали»; «Я исследователь, так что это вроде как моя работа – копать информацию, поэтому я взял на себя труд попытаться разобраться с Parcoursup. Был удивлён, насколько секретен этот процесс. Многие университеты просто используют систему лотереи вместе с географической близостью, чтобы заполнить места»; «Трудно понять, как публичный процесс может настолько сильно страдать от отсутствия прозрачности». В результате использования данной системы выпускники месяцами находятся в состоянии ожидания и неопределённости.
Как итог – школьники выходят с плакатами: «Извините за беспорядки, мы пытаемся спасти своё будущее», «Мы не плохие, мы просто хотим быть услышанными», «Выделите деньги на образование, а не на закупку вооружений». Здесь необходимо уточнение: с 24 февраля 2022 года Франция передала Украине около 26 млрд евро. Правительство объясняет поддержку необходимостью укрепления безопасности страны и выполнения международных обязательств. Но верить этим доводам не хотят даже дети.
Увеличить финансирование образования и сделать прозрачной систему поступления в вузы – основные требования. Кроме них были выдвинуты такие, как сокращение числа учеников в классах, решение проблемы нехватки преподавателей, замена учителей во время болезни, ремонт старых школьных зданий, пересмотр расписания занятий и другие.
При этом движение вышло за рамки требований к системе образования. Молодые люди говорят о неопределённости собственного будущего и считают, что образование не гарантирует благополучия: диплом университета не обеспечивает трудоустройство, а элитарные высшие школы остаются закрытым клубом для детей из обеспеченных семей. Это порождает чувство безнадёжности, которое зовёт протестовать против такого положения вещей.
Остановить детей могли бы взрослые. Но дело в том, что родители и учителя часто солидарны с ними, так как сами страдают от условий обучения. В Марселе к школьникам присоединились представители профсоюзов, в Лионе родители приходили на акции вместе с детьми. В Париже протест поддержали некоторые политические силы.
Подавляются выступления молодёжи жёстко: полиция использует слезоточивый газ, светошумовые гранаты и резиновые пули. По данным французского МВД, большинство из шести тысяч задержанных – несовершеннолетние, пострадали не менее 715 полицейских и 215 подростков.
На севере страны 15-летний школьник поднял с земли полицейскую гранату и получил тяжёлое ранение. По данным региональной газеты «La Voix du Nord», он лишился кисти и части предплечья. Правозащитные организации констатируют: такие методы недопустимы.
В МВД критику в свой адрес отвергают. «Силы внутренней безопасности должны поддерживать порядок. Мы обеспечиваем соразмерность действий, и почти во всех случаях это вмешательство соразмерно. Есть 10 случаев, о которых я сожалею и которые осуждаю», – заявил 6 октября министр внутренних дел Франции Лоран Нуньес.
Эксперты отмечают, что нынешние выступления – это не просто стихийный бунт подростков, а осознанный запрос на смену приоритетов государственной политики. Правительство игнорирует требования протестующих, называя их «радикальными» или «неконструктивными». В результате непонимания проблем молодёжи создаётся замкнутый круг: протест – жёсткий разгон – рост недовольства – новый протест. В этом году на улицы вышли, по разным оценкам, от 250 000 до 450 000 человек. Французское общество относится к забастовкам лояльно, их признали легитимными более 70% граждан страны. Ведь сегодняшние протесты молодых людей – не просто реакция на конкретные законопроекты, а крик отчаяния поколения, которое чувствует себя исключённым из процесса принятия решений и определения своей судьбы. Французское образование стоит перед необходимостью глубокой трансформации.
Происходящее не добавляет популярности Макрону. Через полгода выборы, и власти заявляют, что это ультралевые силы подталкивают школьников, обвиняя партию «Непокорённая Франция» Жан-Люка Меланшона. Её координатор Мануэль Бомпар заявил, что движение возникло из-за условий в системе образования, а не по политическому заказу, призвал к ненасильственным методам борьбы и раскритиковал действия полиции. Представитель правоцентристской партии «Горизонты» Эдуар Филипп считает, что насилие неприемлемо.
Власть отреагировала через две недели после начала, очень оперативно… На фоне растущей напряжённости вечером 6 октября президент Франции созвал экстренное совещание. По данным «BFMTV», на встрече обсуждалась сложившаяся ситуация. После этого премьер-министр Себастьян Лекорню поручил заняться основными требованиями протестующих. Власти намерены рассмотреть проблему замены отсутствующих учителей, продолжительность школьного дня с 8.00 до 18.00, длительность обеденных перерывов и необходимость ремонта старых школьных зданий.
Первые предложения министры должны представить до конца октября. Однако участники протестов считают обещания недостаточными. Встреча представителей молодёжных организаций с министром образования ничего не дала: договорённостей не достигли. Родители тоже требуют от властей практических решений, считая, что обещания не изменят жизнь детей. Кризис доверия очевиден. Улицы французских городов стали ареной, где школьники пытаются доказать, что их право на качественное образование – не привилегия, а необходимое условие развития страны.
А что же остальная Европа? Ведь нарушаются права человека. Тишина. Это другое…
Галина ШЕВЧЕНКО
Фото из открытых источников
Проект создан за счёт средств целевого сбора на производство национального контента.
