Ещё вчера моим главным профессиональным драйвом были репортажи с полей, очерки об интересных людях и поиск идеального ракурса. На днях этот список пополнился неожиданными вещами: освоить тактическую разгрузку зерна без потерь, научиться отличать ключ на 32 от ключа на 36 и устроить камере тест на выживание (спойлер: в шнек её лучше не отправлять).
Решив временно сменить кабинет редакции на кабину комбайна, я оказалась в эпицентре жатвы. И уже через полчаса поняла: сухие сводки о ходе уборки, ежедневно проходящие через мои руки, дают лишь цифровой результат. Отразить всю полноту картины они не в состоянии. Особенно в тот момент, когда пытаешься одновременно следить за жаткой, ловить в кадр идеальный свет и на ходу постигать аграрную мудрость.
Идея такой профессиональной трансформации зрела давно. И когда на мою идею-фикс откликнулся директор ОАО «Пераможнік» Анатолий Панченко, я, в спецодежде и с азартом в глазах, отправилась на свою первую аграрную смену. Скажу честно, страха перед неизвестностью не было: это не первая моя страда, да и с механизаторами общалась не раз. Но приехать в поле на полчаса ради репортажа – это одно, а отработать полноценный день в кабине 15-тонного механизма – совершенно другое.
Смена началась на мехдворе в Малейках. Пока механизаторы завершали последние приготовления, я настраивалась морально. Мой наставник и старший комбайнер в одном лице – Михаил Дорощенко, к такой «помощи» поначалу отнёсся скептически и сразу очертил круг моих обязанностей: «Будешь мне анекдоты рассказывать!». Разговорный юмористический жанр – не самая сильная моя сторона, да и цель была не просто отсидеться в прохладе.
Путь от Малеек до 500-гектарного пшеничного поля возле Маложина (на самой границе с Лоевским районом) занял около 40 минут. К слову, транспортная скорость комбайна – до 20 км/ч, разогнать можно и больше, но нежелательно. И если на бескрайних просторах эта махина идёт легко, как корабль по волнам, то на дороге – тот ещё квест. Нужно филигранно разъехаться с попутным транспортом и не задеть ни единой ветки дерева, столба или забора.
На поле, кроме нашего экипажа, трудились ещё одиннадцать. Из кабины всё выглядит иначе, а огромный агрегат кажется удивительно лёгким и маневренным. Современный GS-12A1 PRO – это настоящий IT-офис на колёсах. Сенсорный компьютер сам подбирает настройки под каждую культуру и следит за уборкой, а вся машина управляется буквально одной рукой с помощью джойстика. За бортом – жара и пыль, а внутри – климат-контроль, музыка, мягкое кресло и даже собственный холодильник.
Мой напарник, Михаил Иванович, на такой технике трудится второй сезон и к комфорту уже привык. А ведь за 36 лет работы на земле он успел обкатать всё – от советских «Нив» и «Донов» до разных поколений отечественного «Полесья». Так что оценить преимущества новинки может как никто другой.
Когда перед тобой расстилается золотое море пшеницы, а под ногами ровно гудит мотор, все будничные заботы мгновенно отступают. «Держись крепче, корреспондент! Сейчас покажу, как убирают хлеб. Не переживай, сработаемся!» – улыбается Иванович.
Во время первого прокоса всё моё внимание было приковано к жатке. Главное здесь – держать плавность хода и ритм. И знаете, что оказалось самым сложным? Вовсе не кнопки на панели, а… возможность элементарно уснуть. В прохладе кабины, под гипнотизирующее равномерное движение лопастей жатки, глаза начинают слипаться сами собой. Заметив мою расслабленность, Иванович тут же подколол: «Смотри не усни! Ночь на это будет. Сегодня уснёшь без задних ног».
Вообще в обязанности помощника входит продувка узлов, смазка движущихся частей и контроль за зерном в бункере. «Но в бункер я тебя не пущу», – сразу отрезал старший коллега, бережно ограждая меня от самых опасных операций. «Да и смазка поступает автоматически – прогресс всё-таки», – добавил он. Михаил Иванович – опытный механизатор: девять лет подряд он становился победителем районных соревнований по намолоту и трижды лидировал в области. О своей работе он может говорить часами. Признается: хоть смена и длится весь световой день, работать на новой технике стало несравнимо легче. «Раньше, когда начиналась страда, я детей не видел: уходил – ещё спали, приходил – уже спали».
Сейчас у Михаила Ивановича четверо внуков, которые обожают дедушку. По обе стороны кабины висят плюшевые игрушки – подарки внучат, чтобы дед не скучал. Рядом – сувенирный «денежный веник» от дочери и маленький домовёнок. Настоящий домашний уют среди пыльного поля. Разговаривали мы много. Я узнала, например, что с начала прошлогодней жатвы комбайн проехал 2577 километров. «Считай, до Крыма и обратно доехать можно!» – шутит Иванович. А ещё у механизаторов есть своя скрытая иерархия и особый сленг, в основе которых – отношение человека к труду и родной земле.
За разговорами и несколькими выгруженными бункерами мы не заметили, как приблизилось время обеда. Сказать, что это был самый долгожданный перерыв в моей жизни – ничего не сказать! Еда казалась особенно вкусной. Светлана Шевченко предложила на выбор суп или борщ. Выбрав наваристый борщ с ломтем свежего хлеба и запив его прохладным компотом, я поняла, что на второе сил уже нет. Каждому работнику выдали ещё и по полтора литра минералки – питьевой режим в жару строго соблюдается.
На обеде я заметила интересную деталь: здесь, как и в поле, решает скорость. Пока я размеренно смаковала первое, тарелки механизаторов были пусты: страда торопит, время дорого. Недаром в старину работников выбирали по тому, как они едят.
И снова в строй. Бункер за бункером, круг за кругом – день пролетел на одном дыхании. «Ну все, теперь будем обдуваться», – скомандовал Иванович, заглушив двигатель и доставая компрессор. Сжатым воздухом после смены тщательно очищают транспортёрные ленты и наклонную камеру от пыли, соломы и мусора. Это обязательный ритуал: если не ухаживать за узлами, техника долго не прослужит.
Назад на мехдвор мы возвращались уже в сумерках, включив проблесковые маячки и фары. Ехали молча, каждый думал о своём. Я – о том, насколько тяжёл и одновременно благороден этот хлеборобский труд, и как важно найти своё истинное призвание в жизни. У ворот Ивановича уже ждала женская группа поддержки – супруга и внучки, которые с ходу бросились обнимать дедушку. И в этот момент пришло осознание: для них, да и для всех нас, он – самый настоящий герой. Как и все, кто в эту горячую пору жатвы трудятся на нашу с вами безопасность – продовольственную.
Ирина СТЫЧИНСКАЯ
Фото автора и Тимофея МИХАЛЕНКО
